Карта Грузии Схема метро Клавиатура Транслит Гостиницы
Сейчас посетителей на сайте: 3
Обновления Сообщения Гостевая книга Вход на сайт
Вы здесь: На главную страницу > Тифлис > Дорогами Грузии

Дорогами Грузии
/ Исторические зарисовки /

В 1793 году Ага Магометхан последним из многочисленных завоевателей напал и разорил Тифлис.

Ага Мухаммед был сыном предводителя тюркского племени каджаров. Его отец Мухаммед Хасан-хан некоторое время был придворным Адил-шаха, племянника Надир-шаха, но вскоре попал в опалу и был вынужден бежать, тогда как шестилетний Ага-Мухаммед был по приказу шаха оскоплён. Физическое увечье, служившее к тому же предметом насмешек окружающих (его за глаза прозвали «Ахта-хан», то есть Скопец-хан), нанесло жестокую психологическую травму и, видимо объясняет многие черты его характера, злобного и безжалостного.

После убийства Надир-шаха в 1747 году в государстве воцарился хаос. Афганцы провозгласили независимость в Кандагаре, саму Персию раздирали распри из-за престолонаследия, страна оказалась на грани распада. Потомки Надир-шаха удерживали Хорасан. Беспорядки прекратились лишь с восхождением на престол Карим-хана, принадлежавшего к иранскому кочевому племени Зенд. После оскопления Ага-Мухаммед жил в Туркменской степи у своего отца, ставшего правителем Мазендерана и Гиляна, и принимал участие в его походах против Зендов. Однако в 1760 г. Мухаммед-Хасан-хан потерпел поражение и был обезглавлен Карим-ханом Зендом, а в 1762 году молодой Ага-Мухаммед с братьями был отправлен заложником к Карим-хану в Шираз. Карим-хан обращался с ним хорошо и даже женился на одной из его родственниц.

После смерти Карим-хана в 1779 г. Ага-Мухаммед бежит из Шираза, становится главой каджаров, подчиняет себе Мазендеран и Гилян и выступает против Зендов. В 1785 г. он берет столицу Зендов Исфахан, причём, по словам современника, подвергает его такому разгрому, что «никогда прежде, даже при нашествии афганцев, город не испытывал таких ужасов. Войска в варварстве и жестокостях доходили до крайности». В том же году он занимает Кум и Тегеран, который делает своей столицей. Весной 1791 г. он взял и разрушил другую столицу Зендов, Шираз; при этом прах Керим-хана был выкопан из могилы и помещён под порогом тегеранского дворца Ага-Мухаммеда, чтобы правитель, ступая на это место, вспоминал поверженного противника. В 1794 г. после пятимесячной осады штурмом берет последний оплот Зендов — Керман; город на три месяца был отдан воинам, большинство горожан перебито, 20 тыс. мужчин ослеплено, 8 тыс. женщин отдано на потеху воинам, оставшиеся обращены в рабство. Из 600 отрубленных голов пленных была сложена пирамида. Последний зендский правитель Лутф-Али-хан был ослеплён и затем четвертован.

В 1795 г. Ага-Мухаммед выступает на Хорасан, где правил слепой и престарелый внук Надир-шаха, Шахрух. Шахрух сдался без боя, что, однако, не спасло его: чтобы выведать, где тот спрятал сокровища отца, Ага-Мухаммед велел пытать его расплавленным свинцом. Шахрух умер от пыток.

В том же году Ага-Мухаммед выступает на Грузию, выставив предлогом её союз с Россией, разбивает армию царя Ираклия II в Крцанисской битве, затем без боя вступает в грузинскую столицу и подвергает её полному разгрому: большинство населения было перебито, ок. 22 тыс. человек, главным образом женщин и детей, угнано в рабство, лучшие здания города разрушены.

Весной 1796 г. на торжественной церемонии в Муганской степи он провозглашается шахом Ирана. На следующий год (1797) он выступает против русских и наносит поражение отряду Валериана Зубова, который, впрочем, уже был отозван по приказу Павла I.

Затем он собирается вновь напасть на Грузию, но под Шушой убит в палатке собственными слугами. Под одной из легенд его отравили дыней. По другой же версии, которую приводит грузинский историк Павле Ингороква, Ага Мухаммед был зарезан своими же командирами, которых незадолго до этого приказал казнить.
Незадолго до смерти в 1796 году Ага-Мухаммед впервые сделал столицей Ирана Тегеран.

Лет 30 спустя, по описанию А. С. Грибоедова, собственно город Кала (крепость) представлялся окруженным полуразрушенной стеной, прилегавшим к крепости амфитеатром с узкими улочками, домами с плоскими крышами, на которых обыватели проводили в подходящую погоду вечерний досуг.

К востоку от Кала, на левом берегу Куры, стоял, как и сейчас стоит Метехский замок, а за ним небольшое предместье Авлабар – сохранились фото старого Тифлиса.

В северной части Тифлиса находился обнесенный высокой крепостной стеной Ванский собор, а западная — по обе стороны ущелья речки Сололак уже динамично застраивалась правительственными зданиями и европейского типа домами состоятельных лиц, преимущественно армянами.

В мое время, т. е. примерно через сто лет, Кала превратился в один из районов города Тифлиса и занимал, наверное, лишь одну десятую его территории, но именно здесь сохранился древний многонациональный удивительный колорит, который излучают фотографии старого Тифлиса.
Почти каждый житель старого города умел объясняться на четырех совершенно не похожих языках — русском, грузинском, армянском и персидском.

Только здесь мог родиться Саят-Нова, сочинявший и распевавший песни «баяти» на трех восточных языках. Однако, каждая этническая группа в Кала проживала относительно компактно. Тюрки (по-нынешнему — азербайджанцы) жили в Сеидабаде (ныне Абанотубани — район бань). Здесь были мечети с минаретами (одна из мечетей, разукрашенная голубыми изразцами, подлинный шедевр восточного архитектурного искусства стоит и по сей день), персидское кладбище, от которого осталось только захоронение Мирза Фатали Ахундова, писателя, у которого Лермонтов обучался персидскому.

Больше всего мне нравились чайханы, куда мы заходили иной раз после бани полакомиться люля-кебабом, и расточавшим аромат жареного бараньего жира, засыпанного мелко нарезанным репчатым луком и порошком сухого барбариса — «тутубом».
Люля-кебаб надо было есть, заворачивая в тонкий лаваш, и запивать крепким чаем вприкуску. В каждой чайхане обычно играл квартет «сазандари».

Главное действующее лицо подобного квартета - певец. Песни-баяти были то жалобами на судьбу с душераздирающими и неожиданными воплями, а порой серенадами, и в томлениях неразделенной любви были явно слышны звуки рыданий - под каждую песню подводились нехитрые философские сентенции.
Но главное, баяти всегда были очень задушевны, интимны, тягучи и построены на переливающихся переходных тонах — глиссандо. Певец подыгрывал себе на дайре, инструменте типа шаманского бубна, который держал перед собой двумя руками. Пение сопровождалось своеобразным щелканьем - пальцами в песенных паузах выбивался замысловатый ритм.

Первый музыкант играл на кяманче, смычковом инструменте, резонансный остов которого представлял небольшую обтянутую кожей полусферу. Кяманча устанавливалась перед музыкантом на полу в вертикальном положении. Второй - играл на тари, восточной мандолине с такой же кожаной декой. Удерживался инструмент высоко на груди, словно ребенок, которого укачивают. Наконец, третий музыкант — играл на дудуки, прообразе кларнета.

Судя по количеству армянский церквей, построенных в Авлабаре, в районе Шайтан-базара, на Армянском базаре, на склонах Сололакской горы в районе Петхаина, в Харпухи, большую часть населения Тифлиса восемнадцатое и девятнадцатое столетие составляли армяне. Французские путешественники Шарден в 1671 году, Турнефор - 30 лет спустя, и затем Делапорт в 1768 году, а так же проводившиеся несколько раз в столетие переписи населения Тифлиса прямо указывают на преобладание армян в численности населения города. Несклонность грузин к городской жизни была предопределена феодально-помещичьим строем, прикрепившим крестьян, с исконными привычками к крестьянскому труду, к земле.

Тифлис был одним из немногих укрепленных городских поселений в долине реки Куры.
Армяне занимались в городе торговлей и ремеслами, а самые преуспевшие из них образовали особое податное сословие, признаваемое за таковое российским царским правительством. Преуспевшие тифлисские армяне назывались «мокалаки», облагались соответствующими налогами, и пользовались льготами при учреждении предприятий и производств.
Армяне построили в Тифлисе первые фабрики и заводы и стали нанимать рабочих грузин. Именно с развитием индустрии и промышленности в Тифлисе, население города стало возрастать за счет переселения грузинских крестьян из окрестных. а потом и из отдаленных деревень. Только после революции грузинское население Тифлиса по численности почти сравнялось с армянским.
Вот цифры старинных переписей:

В 1701 г. из 20.000 жителей Тифлиса армян 14 000 или 75%, грузин – 2000 или 10% , татар -3000 или 15%.

В 1897 г. из 160.645 жителей грузин было 26,3°/0, армян 38.1°/0, русских 24,8%, поляков 3,4°/0, персов 3,2% татар 1,7%, европейцев 1,7%, евреев 1,1% и остальных 0,2%;

По данным переписи 30 ноября 1922 года, население Тифлиса составляло уже 238.958 человек, из них 111. 996 мужчин 121.982 женщин. По национальному составу, население города составляло: грузин 34,6% (80•684 чел.), армян 36,5% (85.309), русских 16.5% (38.612), евреев 3,7% (8.768), персов 1,7 %(3.984), азербайджанцев 1,4% (3.255), немцев 1,0% (2.457), поляков 1,0% (2.272), осетин 0,6% (1.446) и прочие национальностей 3 % (6.971).

Таким образом, население Тифлиса быстро увеличивалось: в 1701 году было 20.000 чел., в 1830—25.000, 1850 — 34.800, в 1865 -70.000, в 1897 — 160.645 и 1922 — 238.958.

В описываемое время, население города составляло примерно четверть миллиона человек. Грузины в Тифлисе составляли служилый, рабочий и военный классы;
армяне как прежде были ремесленниками, торговцами, рабочими, много было беженцев из Турции, русские принадлежали главным образом к чиновному и военному миру, немало в Тифлисе было сектантов — молокан, занимающихся извозом; азербайджанцы и персы занимались торговлей.

Национальная принадлежность в значительной степени предопределяла и род занятий жителей города.
Статистические выкладки и выводы, которые можно сделать на их основании, хорошо дополняются описаниями старого Тифлиса, сделанные известными путешественниками.



Вид на Старый Тбилиси, 1868 г. Картина Ивана Константиновича Айвазовского.



Вид на Старый Тбилиси, 1868 г. Картина Ивана Константиновича Айвазовского.



Н.Г.Чернецов.



Тифлис.



Тимм Василий Федорович. Лезгинка на террасе в Тифлисе.



Тимм Василий Федорович. Старый Тбилиси.



Лермонтов Михаил Юрьевич. Тифлис 1837.



Лев ЛАГОРИО. Вид на Тифлис.



Айвазовский Иван Константинович (1817-1900). Дороги от Млета до Гудаура (1868 г).



Айвазовский И. К. Дарьяльское ущелье в лунную ночь (1868 г).



Вас так же может заинтересовать:

Сквозь века

Исторические зарисовки

Времена и годы

Виды старого города

Сквозь века






Комментарии
Требуется авторизация



© Copyright www.kolheti.com internet gold. All rights reserved.